ISSN 0300-9092 (Print)
ISSN 2412-5679 (Online)

The use of botulinum neuropeptide in gynecology

Sokolova A.V., Ushakova K.A., Apolikhina I.A.

Academician V.I. Kulakov National Medical Research Centre for Obstetrics, Gynecology and Perinatology, Ministry of Health of Russia, Moscow, Russia

Botulinum toxin is a high-molecular protein complex produced by bacteria of the Clostridium genus. It is one of the most powerful organic poisons. Nevertheless, botulinum toxin has become widely used in medical practice due to its unique properties. There are several serotypes of the neurotoxin: BT-A, BT-B, BT-C, BT-D, BT-E, BT-F, BT-G, B-X, and non-clostridial nature: BT-Wo, BT-En. The most common one is botulinum toxin type A which blocks the release of certain neurotransmitters at the neuromuscular junction and leads to a temporary decrease in muscle activity. Botulinum toxin type A has been used for more than 20 years for the symptomatic treatment of various conditions associated with excessive muscle activity. Moreover, botulinum toxin is known as an effective and fast-acting substance in the treatment of chronic pain due to its antinociceptive (analgesic) and anti-inflammatory properties. Recently, the researchers have become particularly interested in the use of botulinum toxin in gynecology, especially in the treatment of diseases such as pelvic floor muscle hyperactivity and vaginismus, vulvodynia and chronic pelvic pain, when first-line therapy is ineffective. Despite the fact that these diseases are not life-threatening, they significantly reduce the quality of patients’ lives. For clinicians who regularly deal with these clinical cases, botulinum toxin type A becomes a valuable medication in the treatment of difficult patients when traditional methods are ineffective.
Conclusion: Different mechanisms of botulinum toxin action as well as the latest research in the field of neurogynecology are considered in this article. The literature review includes publications confirming the effectiveness and safety of the use of this neuropeptide for the treatment of conditions associated with increased tone of the pelvic floor muscles. However, it is necessary to conduct further research for determining the optimal dosages, treatment regimens and evaluation of the long-term efficacy and safety of botulinum toxin in gynecology.

Authors’ contributions: Sokolova A.V. – review of publications on the issue of the article, writing the text, editing the text; Ushakova K.A. – review of publications on the issue of the article, writing the text; Apolikhina I.A. – editing the article.
Conflicts of interest: The authors declare no possible conflicts of interest.
Funding: The study was conducted without sponsorship.
For citation: Sokolova A.V., Ushakova K.A., Apolikhina I.A. The use of botulinum neuropeptide in gynecology.
Akusherstvo i Ginekologiya/Obstetrics and Gynecology. 2024; (3): 28-34 (in Russian)
https://dx.doi.org/10.18565/aig.2023.282

Keywords

botulinum therapy
botulinum toxin
neuropeptide
vaginismus
chronic pelvic pain
pelvic floor hypertonicity
botulinum therapy in gynecology
neurogynecology

Ботулинотерапия – перспективное и быстро развивающееся направление в медицине, которое основано на инъекционном введении в мышечную ткань препаратов, содержащих ботулинический токсин (БТ), чаще типа А. Первые исследования БТ как лекарственного средства начались в конце 1960-х гг. в офтальмологии. В дальнейшем в 1984 г. было получено разрешение FDA на применение БТ типа А для коррекции косоглазия и блефароспазма. Впоследствии области медицины и список показаний стремительно расширялись. Так, в настоящее время ботулинотерапия активно применяется в косметологии, неврологии и урологии. Изучается применение БТ в лечении заболеваний желудочно-кишечного тракта [1].

В 2004 г. группой ученых из Австралии опубликовано первое пилотное исследование об эффективном применении БТ типа А при лечении хронической тазовой боли, связанной со спазмом мышцы, поднимающей задний проход. В результате исследования статистически значимо снижалась выраженность диспареунии (p=0,01), дисменореи (p=0,03) и дисхезии [2].

Ботулинический токсин: классификация, механизм действия

БТ – экзотоксин, нейротоксический белок, продуцируемый штаммами грамположительных, облигатно-анаэробных и спорообразующих бактерий рода Clostridium. Pirazzini M. et al. [3, 4] описали 4 группы клостридий, которые продуцируют семь серотипов БТ (от БТ-A до БТ-G) [5]. Первые серотипы нейротоксина (БТ-A, БТ-B) были выделены в 1919 г., а последний – БТ-G – в 1969 г. [6–8]. Разные типы БТ отличаются по эффективности. БТ-А и БТ-B являются единственными типами БТ, используемыми в лечебных целях; из них наиболее изученный БТ-А считается самым сильным и длительно действующим. Помимо денервации он оказывает обезболивающее действие, что особенно ценно при мышечных спазмах, сопровождающихся болевым синдромом. Особенности других БТ менее изучены, но представляют клинический интерес. Так, действие токсинов типа Е и F менее продолжительное; при этом их рассматривают в качестве альтернативы, когда у пациентки выработался иммунитет к БТ-А. Показана хорошая эффективность БТ-С, близкая с БТ-А, однако эти исследования еще продолжаются [9].

БТ состоит из тяжелой (м.м.~100 кДа) и легкой (м.м.~50 кДа) полипептидных цепей, связанных дисульфидной связью [10]. Тяжелая цепь одинакова для токсинов всех типов; она связывается с мембраной периферических нервных окончаний и с помощью аминогруппы, расположенной на ее конце, осуществляет перенос легкой цепи через эндосомальную мембрану. Легкая цепь различается у серотипов и представляет собой фермент – цинк-зависимую эндопептидазу, которая препятствует высвобождению ацетилхолина нервным окончанием [11]. Легкая цепь участвует в расщеплении белков

БТ – SNAP-25, VAMP1, VAMP2, VAMP3 и синтаксина-1. Расщепление одного из белков предотвращает высвобождение нейротрансмиттера из нейронов, блокируя слияние синаптических везикул с пресинаптической мембраной [3, 12, 13]. Именно благодаря этому механизму БТ используется в медицине. Был выявлен другой механизм, с помощью которого нейротоксин уменьшает боль. Из всех серотипов БТ-А специфически расщепляет SNAP-25, предотвращая высвобождение ацетилхолина в синаптическое пространство нейропептидов, таких как субстанция Р, кальцитонин-ген-родственный пептид и ионный канал TRPV1 [14]. Кроме того, БТ-A инактивирует натриевые каналы и может использоваться для нормализации повышенной возбудимости в периферических сенсорных нейронах [15]. Нейротоксиновый комплекс дополнительно стабилизирован белками, которые защищают его от разрушения в желудочно-кишечном тракте и, возможно, отвечают за формирование антител [9].

Безопасность введения БТ-А оценивалась в метаанализе Naumann M. et al. (2006), в котором были проанализированы данные 2361 пациента, из которых 1447 получили БТ-А по таким показаниям, как дистония и двигательные расстройства, церебральный паралич, желудочно-кишечные и урологические расстройства, болевые синдромы, гипергидроз, и в косметических целях. Частота побочных эффектов составила примерно 25% (365 из 1447) при введении БТ-А. Чаще всего упоминались очаговая слабость в месте введения, боль, эритема и отек. Случаев с очаговой слабостью было больше при лечении блефароспазма, но частота возникновения была одинаковой как в контрольной группе, так и при введении БТ-А [16].

Благодаря антиноцицептивным, противовоспалительным и миорелаксирующим свойствам БТ-А нашел свое применение в лечении многих хронических болевых синдромов [14, 15]. Список потенциальных новых показаний для БТ быстро расширяется, особенно активно в области терапии болевых синдромов, связанных с дисфункцией мышц тазового дна, и вульвовагинальной боли.

В России официально зарегистрированы следующие ботулотоксиновые препараты (БТ-А):

1. Ботокс (Allergan, США) – в России с 1994 г.;

2. Диспорт (Ipsen Pharma, Франция) – с 1999 г.;

3. Ксеомин (Merz, Германия) – с 2008 г.;

4. Лантокс (Lanzhou Institute of Biological Products, Китай) – с 2008 г.;

5. Релатокс («Микроген», Россия) – с 2012 г.;

6. Ботулакс (Hugel, Корея) – с 2017 г.

На данный момент применение БТ типа А в гинекологической практике возможно только в рамках клинических исследований (таблица).

31-1.jpg (225 KB)

Вагинизм

Вагинизм характеризуется непроизвольным, периодическим или постоянным сокращением мышц нижней трети влагалища, препятствующим половой близости. Вагинизм встречается у 5–17% женщин и может наблюдаться в любом возрасте [17]. Выделяют первичный вагинизм, при котором у пациентки половой акт болезненный с коитархе, и вторичный, при котором до появления симптомов половой акт не сопровождался болью [18]. Впервые вагинизм был описан в 1978 г. Ламонтом, который выделил 4 его степени тяжести [19].

1-я.

  • Спазм мышц тазового дна поддается лечению.
  • Пациентка способна переносить вагинальный осмотр.

2-я.

  • Спазм присутствует, но сохраняется по всему тазу даже при попытке расслабления мышц.
  • Невозможно расслабиться перед гинекологическим осмотром.

3-я.

  • Спазм мышцы, поднимающей задний проход.
  • Пациентка приподнимает ягодицы, чтобы избежать осмотра.

4-я.

  • Спазм мышц промежности и мышцы, поднимающей задний проход.
  • Пациентка приподнимает ягодицы, сводит бедра, гинекологический осмотр провести невозможно.

С помощью электромиографии у женщин с вагинизмом было зарегистрировано значительное повышение мышечной активности в мышце, поднимающей задний проход, лобково-прямокишечной и луково-губчатой мышцах даже при малейшем прикосновении или осмотре в отличие от здоровых женщин [20]. Этиология вагинизма неизвестна, значение имеют физические, психологические, социальные и культурные факторы [21]. Наиболее очевидна его связь с психологическими расстройствами. Так, некоторые женщины с вагинизмом ранее пережили сексуальное насилие, имели строгое религиозное воспитание, страх перед первым половым актом и избегали гинекологических осмотров [22–24]. Тревожные расстройства также могут быть причиной возникновения заболевания; при этом вагинизму сопутствуют болезненные и негативные переживания, за которыми следуют страх, уклонение от сексуальной близости, повышенная мышечная готовность [17]. Непсихологические причины могут включать заболевания, передающиеся половым путем, эндометриоз, пороки развития, выраженную атрофию влагалища и рубцовые изменения, воспалительные и онкологические заболевания органов малого таза [17, 25].

Лечение вагинизма должно быть комплексным и включать физиотерапию, тренировки мышц тазового дна, психотерапию, применение антидепрессантов, местное лечение (смазки, анестезирующие кремы, расширители) и, конечно, введение миорелаксантов. Как правило, в первую очередь лечение начинается с применения градуированных вагинальных расширителей. Другие способы облегчают или дополняют их использование и доступны только в клиниках, специализирующихся по проблемам дисфункции тазового дна [25].

Примерно у 10% женщин симптомы вагинизма не улучшаются при приеме анксиолитических препаратов и местном лечении [26]. Ботулинотерапия может рассматриваться в качестве перспективного альтернативного метода лечения данной группы пациенток. Первый случай лечения вагинизма БТ-А описали Brin M., Vapnek J. в 1997 г. [27]. Они сообщили об успешном лечении 29-летней женщины с диспареунией с помощью введения БТ-А в переднюю стенку влагалища. После терапии пациентка возобновила половую активность, которая была невозможной в течение 8 лет [27].

В исследованиях «случай–контроль» изучалась эффективность применения БТ в лечении вагинизма [28]. В одном исследовании женщинам с диагнозом вагинизма в луковично-губчатые мышцы вводили 25 ЕД БТ-А, разведенного в 1 мл физиологического раствора (n=8), и только физиологический раствор (n=5, группа контроля). Период наблюдения составил в среднем 10,2±3,3 месяца. У всех женщин после введения миорелаксанта наблюдались улучшения в сексуальной сфере: половая жизнь стала возможной или удовлетворительной; при этом в контрольной группе улучшений не было. Ghazizadeh I., Nikzad M. (2004) провели аналогичное исследование: 24 женщинам с отсутствием эффекта от предыдущего лечения вводили 150–400 ЕД БТ-А в лобково-прямокишечную мышцу. Согласно результатам исследования, 96% пациенток были осмотрены на гинекологическом кресле через 1 неделю после лечения, 75% женщин возобновили половую активность после первой инъекции. При среднем сроке наблюдения 12,3 месяца рецидивов не было [26].

При неэффективности терапии первой линии (физиотерапия, вагинальные расширители и др.) ботулинотерапия может быть альтернативным способом лечения боли и спазма и облегчать последующее использование расширителей.

Вульводиния

Вульводиния – это вид сексуальной дисфункции, проявляющейся болью в области половых органов без четкой идентифицируемой причины, которая длится не менее 3 месяцев. Вульводиния встречается примерно у 15% женщин [29]. Клинически наиболее распространенной формой вульводинии является спровоцированная вестибулодиния (боль локализуется в области преддверия влагалища). Заболевание характеризуется сложной патофизиологией, его этиология до конца не известна. Такие факторы, как инфекционно-воспалительные процессы, генетические, гормональные или механические, играют значимую роль в патогенезе заболевания [29, 30]. Одной из причин возникновения вульводинии является аберрантное увеличение числа ноцицепторов. Интраэпителиальная гиперплазия, связанная с повышенной чувствительностью периферических ноцицепторов, вызывает сильную боль в преддверии влагалища. Тучные клетки могут индуцировать гиперплазию нейронов через фактор роста нервов и гепараназу, возможно, в ответ на аллергены, такие как местный противогрибковый крем или семенная жидкость. Есть данные о гиперактивности афферентных С-волокон и нейротрансмиттеров (субстанция Р, глутамат), которые способствуют развитию боли. Лечение вульводинии включает местные анестетики, психотерапию, прием антидепрессантов, вплоть до вестибулэктомии [31]. В современной медицине БТ применяется, когда другие методы терапии не помогают.

Pelletier F. et al. (2011) проводили билатеральные инъекции 100 ЕД БТ типа А в луковично-губчатые мышцы женщинам с вульводинией (n=20). В результате было продемонстрированно значительное улучшение среднего показателя боли по ВАШ (визуальной аналоговой шкале от 0 до 10, где 10 – максимально сильная боль): от исходного уровня 8,37±1,22 до 2,57±2,67 (p<0,0001) через 3 месяца после лечения и 3,9±2,92 (p<0,0001) через 6 месяцев [32]. До введения БТ 90% женщин (n=18) имели апареунию. После проведенного лечения 72% женщин (n=13) смогли перенести осмотр гинекологическим зеркалом (p<0,001) [25]. Похожие результаты были описаны в исследовании Yoon H. et al. [33]. После введения 20–40 ЕД БТ-А женщинам с вульводинией (n=7) у всех исследуемых наблюдалось уменьшение боли, а ее субъективная оценка улучшилась с 8,3 до 1,4 балла; также следует отметить отсутствие рецидивов в периоде наблюдения от 4 до 24 месяцев. Пациентки сообщили, что после лечения значительно улучшилось качество половой жизни в аспекте диспареунии. Несмотря на много­обещающие результаты данных исследований, недостатком является отсутствие контрольной группы.

В 2009 г. Petersen C. et al. в рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании оценили эффективность инъекций БТ-А у 32 женщин с вульводинией по сравнению с контрольной группой (n=32) [29]. В луковично-губчатые мышцы женщинам основной группы вводили 20 ЕД БТ, разведенных в 0,5 мл физиологического раствора, в то время как в контрольной группе – 0,5 мл физиологического раствора. Результаты исследования были абсолютно противоположными: в обеих группах достигнуто значительное уменьшение боли, и авторы усомнились в успешном лечении вульводинии БТ.

Хроническая тазовая боль

Постоянная тазовая боль в течение более полугода считается хронической [34, 35]. Распространенность хронической тазовой боли (ХТБ) у женщин увеличивается и составляет примерно 15–20% во всем мире [36]. Однако фактическая распространенность ХТБ, вероятно, выше, так как многие женщины обследованы недостаточно. Jarrel J. et al. [37] определили сложную этиологию ХТБ, не связанную с желудочно-кишечными расстройствами, менструацией или сексуальной активностью. ХТБ наблюдается у лиц обоих полов, чаще у женщин. В основе развития болевого синдрома лежат общие механизмы, затрагивающие центральную нервную систему: сначала возникает регионарный болевой синдром, который в последующем охватывает всю область таза. Триггеры могут быть относительно безобидными, но у людей, предрасположенных к этому заболеванию, развивается ряд сенсорных нарушений, и они могут воспринимать нормальные ощущения как усиленные, вплоть до невыносимой боли. Это связано, в том числе, с психологическими, сексуальными, социальными и поведенческими расстройствами [37, 38]. К другим проявлениям данной патологии относятся: снижение физической активности, нарушение социальных и семейных отношений, депрессия и сопутствующие вегетативные дисфункции, такие как нарушения сна и аппетита.

В 2006 г. проведено двойное слепое рандомизированное исследование эффективности БТ-А по сравнению с плацебо у женщин с тазовой болью спастического характера и ХТБ длительностью более двух лет [39]. БТ вводили в количестве 80 ЕД в разведении 20 ЕД на 1 мл физиологического раствора в мышцы тазового дна (n=30), контрольной группе – физиологический раствор (n=30). Симптомы оценивались по ВАШ. Период наблюдения составил 6 месяцев, по окончании которого было отмечено уменьшение болевого синдрома в обеих группах, однако эффект у женщин, получивших инъекции БТ, был выше: тазовые боли, не связанные с менструациями, уменьшились с 51 балла по ВАШ до 22 баллов, диспареуния – с 66 до 12 баллов. После применения физиологического раствора улучшения отмечены только у женщин с диспареунией – 64 балла по ВАШ против 27 баллов. В ретроспективном исследовании Adelowo A. et al. (2013) оценили эффективность введения БТ-А в мышцу, поднимающую задний проход, у женщин с тазовой миофасциальной болью (n=31) [40]. Через 6 недель после манипуляции у 79,3% женщин наблюдалось уменьшение боли, у 20,7% отмечалось улучшение состояния. Двум женщинам с отсутствием эффекта проведено повторное введение БТ двукратно – через 3 и 7 месяцев. У трех пациенток процедура осложнилась недержанием мочи, требующим катетеризации мочевого пузыря, побочный эффект прошел самостоятельно спустя 12 недель после инъекций. В результате авторы сделали вывод об эффективности инъекций БТ-А в мышцу, поднимающую задний проход, женщинам с миофасциальной тазовой болью.

Thomson A. еt al. описали случай лечения пациентки с ХТБ, возникшей после субтотальной гистерэктомии по поводу перфорации матки. При перинеометрии был выявлен спазм лобково-прямокишечной мышцы. Женщине было введено по 10 ЕД БТ-А в разведении 10 ЕД на 0,5 мл физиологического раствора в правую и левую лобково-прямокишечные мышцы и правую и левую лобково-копчиковые мышцы с положительным эффектом в течение 18 недель [41]. После повторной манипуляции эффект сохранялся в течение 5 и 10 месяцев в виде улучшения качества жизни и сексуальной активности, снижения силы сокращения мышц тазового дна по данным манометрии и улучшения баллов по ВАШ. Побочных эффектов в ходе манипуляции и в периоде наблюдения не отмечалось.

Заключение

За последние два десятилетия наблюдается стремительный рост публикаций, посвященных изучению эффективности и безопасности ботулинотерапии в лечении различных гинекологических заболеваний, прежде всего связанных с гипертонусом мышц тазового дна. Для выбора правильного алгоритма лечения таких сложных пациентов необходим мультидисциплинарный подход, включающий участие не только гинеколога, но и невролога/альголога, специализирующихся на лечении тазовой боли, физиотерапевта, психиатра, по показаниям – мануального терапевта, уролога, проктолога и даже нейрохирурга. Данный обзор объединяет исследования, свидетельствующие о том, что ботулинотерапию можно рассматривать в качестве альтернативного метода лечения в случае неэффективности традиционной терапии. Однако необходимо проведение крупномасштабных исследований для определения оптимальной дозы БТ, стандартизации алгоритма его введения у пациенток с гипертонусом мышц тазового дня и тазовой болью.

References

  1. Каприн А.Д., Аполихин О.И., Алексеев Б.Я., Сивков А.В., Ромих В.В., Захарченко А.В., Пантелеев В.В., Ромих Ф.Д. Ботулинотерапия в современной урологии. Медицинский совет. 2016; 10: 130-9. [Kaprin A.D., Apolikhin O.I., Alekseev B.Ya., Sivkov A.V., Romikh V.V., Zakharchenko A.V., Panteleev V.V., Romikh F.D. Botulinum in modern urology. Medical Council. 2016; (10): 130-9. (in Russian)]. https://dx.doi.org/10.21518/2079-701X-2016-10-130-139.
  2. Jarvis S.K., Abbott J.A., Lenart M.B., Steensma A., Vancaillie T.G. Pilot study of botulinum toxin type A in the treatment of chronic pelvic pain associated with spasm of the levator ani muscles. Aust. N. Z. J. Obstet. Gynaecol. 2004; 44(1): 46-50. https://dx.doi.org/10.1111/j.1479-828X.2004.00163.x.
  3. Pirazzini M., Rossetto O., Eleopra R., Montecucco C. Botulinum neurotoxins: biology, pharmacology and toxicology. Pharmacol. Rev. 2017; 69(2): 200-35. https://dx.doi.org/10.1124/pr.116.012658.
  4. Rossetto O., Pirazzini M., Montecucco C. Botulinum neurotoxins: genetic, structural and mechanistic insights. Nat. Rev. Microbiol. 2014; 12(8): 535-49. https://dx.doi.org/10.1038/nrmicro3295.
  5. Hill K.K., Smith T.J. Genetic diversity within Clostridium botulinum serotypes, botulinum neurotoxin gene clusters and toxin subtypes. Curr. Top. Microbiol. Immunol. 2013; 364: 1-20. https://dx.doi.org/10.1007/978-3-642-33570-9_1.
  6. Burke G.S. Notes on Bacillus botulinus. J. Bacteriol. 1919; 4(5): 555-70.1. https://dx.doi.org/10.1128/jb.4.5.555-570.1.1919.
  7. Gimenez D.F., Ciccarelli A.S. Another type of Clostridium botulinum. Zentralbl. Bakteriol. Orig. 1970; 215(2): 221-4.
  8. Chai Q., Arndt J.W., Dong M., Tepp W.H., Johnson E.A., Chapman E.R. et al. Structural basis of cell surface receptor recognition by botulinum neurotoxin B. Nature. 2006; 444(7122): 1096-100. https://dx.doi.org/10.1038/nature05411.
  9. Эрнандес Е.И., ред. Новая косметология. Инъекционные методы в косметологии. М.: ИД «Косметика и медицина»; 2014: 126-71. [Hernandez E.I., ed. New cosmetology. Injectable methods in cosmetology. Moscow: Publishing House "Cosmetics and Medicine"; 2014: 126-71. (in Russian)].
  10. Kukreja R., Singh B.R. The botulinum toxin as a therapeutic agent: molecular and pharmacological insights. Res. Rep. Biochem. 2015; 5(1): 173-83. https://dx.doi.org/10.2147/RRBC.S60432.
  11. Pellizzari R., Rossetto O., Schiavo G., Montecucco C. Tetanus and botulinum neurotoxins: mechanism of action and therapeutic uses. Philos. Trans. R. Soc. Lond. B. Biol. Sci. 1999; 354(1381): 259-68. https://dx.doi.org/10.1098/rstb.1999.0377.
  12. Azarnia Tehran D., Pirazzini M., Leka O., Mattarei A., Lista F., Binz T. et al. Hsp90 is involved in the entry of clostridial neurotoxins into the cytosol of nerve terminals. Cell. Microbiol. 2017; 19(2): e12647. https://dx.doi.org/10.1111/cmi.12647.
  13. Montal M. Botulinum neurotoxin: a marvel of protein design. Annu. Rev. Biochem. 2010; 79: 591-617. https://dx.doi.org/10.1146/annurev.biochem.051908.125345.
  14. Park J., Park H.J. Botulinum toxin for the treatment of neuropathic pain. Toxins (Basel). 2017; 9(9): 260. https://dx.doi.org/10.3390/toxins9090260.
  15. Shin M.C., Wakita M., Xie D.J., Yamaga T., Iwata S., Torii Y. et al. Inhibition of membrane Na+ channels by A type botulinum toxin at femtomolar concentrations in central and peripheral neurons. J. Pharmacol. Sci. 2012; 118(1): 33-42. https://dx.doi.org/10.1254/jphs.11060fp.
  16. Naumann M., Albaneseb A., Heinenc F., Molenaersd G., Relja M. Safety and efficacy of botulinum toxin type A following long-term use. Eur. J. Neurol. 2006; 13(Suppl. 4): 35-40. https://dx.doi.org/10.1111/j.1468-1331.2006.01652.x.
  17. Reissing E.D. Vaginismus: evaluation and management. In: Goldstein A.T., Pukall C.F., Goldstein I., eds. Female sexual pain disorders. Willey-Blackwell, a John Wiley and Sons, LTD, Publication; 2009: 229-34. https://dx.doi.org/10.1002/9781444308136.ch35.
  18. Pacik P.T., Geletta S. Vaginismus treatment: clinical trials follow up 241 patients. Sex. Med. 2017; 5(2): e114-e123. https://dx.doi.org/10.1016/j.esxm.2017.02.002.
  19. Lamont J.A. Vaginismus. Am. J. Obstet. Gynecol. 1978; 131(6): 633-6.
  20. Shafik A., El-Sibai O. Study of the pelvic floor muscles in vaginismus: a concept of pathogenesis. Eur. J. Obstet. Gynecol. Reprod. Biol. 2002; 105(1): 67-70. https://dx.doi.org/10.1016/s0301-2115(02)00115-x.
  21. Banaei M., Kariman N., Ozgoli G., Nasiri M. Bio-psychosocial factor of vaginismus in Iranian women. Reprod. Health. 2021; 18(1): 210. https://dx.doi.org/10.1186/s12978-021-01260-2.
  22. Pacik P.T. Understanding and treating vaginismus: a multimodal approach. Int. Urogynecol. J. 2014; 25(12): 1613-20. https://dx.doi.org/10.1007/s00192-014-2421-y.
  23. Reissing E.D., Binik Y.M., Khalife S., Cohen D., Amsel R. Etiological correlates of vaginismus: sexual and physical abuse, sexual knowledge, sexual self-schema, and relationship adjustment. J. Sex Marital Ther. 2003; 29(1): 47-59. https://dx.doi.org/10.1080/713847095.
  24. Lahaie M.A., Boyer S.C., Amsel R., Khalife S., Binik Y.M. Vaginismus: a review of the literature on the classification/diagnosis, etiology and treatment. Womens Health (Lond). 2010; 6(5): 705-19. https://dx.doi.org/10.2217/whe.10.46.
  25. Pacik P.T. Vaginismus: review of current concepts and treatment using botox injections, bupivacaine injections, and progressive dilation with the patient under anesthesia. Aesthetic Plast. Surg. 2011; 35(6): 1160-4. https://dx.doi.org/10.1007/s00266-011-9737-5.
  26. Ghazizadeh S., Nikzad M. Botulinum toxin in the treatment of refractory vaginismus. Obstet. Gynecol. 2004; 104(5 Pt. 1): 922-5. https://dx.doi.org/10.1097/01.AOG.0000141441.41178.6b.
  27. Brin M.F., Vapnek J.M. Treatment of vaginismus with botulinum toxin injections. Lancet. 1997; 349(9047): 252-3. https://dx.doi.org/10.1016/S0140-6736(05)64862-3.
  28. Shafik A., El-Sibai O. Vaginismus: results of treatment with botulin toxin. J. Obstet. Gynaecol. 2000; 20(3): 300-2. https://dx.doi.org/10.1080/01443610050009674.
  29. Petersen C.D., Giraldi A., Lundvall L., Kristensen E. Botulinum toxin type A - a novel treatment for provoked vestibulodynia? Results from a randomized, placebo controlled, double blinded study. J. Sex. Med. 2009; 6(9): 2523-37. https://dx.doi.org/10.1111/j.1743-6109.2009.01378.x.
  30. Goldstein A.T., Marinoff S.C., Haefner H.K. Vulvodynia: strategies for treatment. Clin. Obstet. Gynecol. 2005; 48(4): 769-85. https://dx.doi.org/10.1097/01.grf.0000182213.21599.49.
  31. Goldstein A.T., Pukall C.F. Provoked vestibulodynia. In: Goldstein A.T., Pukall C.F., Goldstein I., eds. Female sexual pain disorders. Willey-Blackwell, a John Wiley and Sons, LTD, Publication; 2009: 43-8. https://dx.doi.org/10.1002/9781444308136.ch8.
  32. Pelletier F., Parratte B., Penz S., Moreno J.P., Aubin F., Humbert P. Efficacy of high doses of botulinum toxin A for treating provoked vestibulodynia. Br. J. Dermatol. 2011; 164(3): 617-22. https://dx.doi.org/10.1111/j.1365-2133.2011.10235.x.
  33. Yoon H., Chung W.S., Shim B.S. Botulinum toxin A for the management of vulvodynia. Int. J. Impot. Res. 2007; 19(1): 84-7. https://dx.doi.org/10.1038/sj.ijir.3901487.
  34. Speer L.M., Mushkabar S., Erbele T. Chronic pelvic pain in women. Am. Fam. Physician. 2016; 93(5): 380-7.
  35. Тетерина Т.А., Аполихина И.А. Синдром хронической тазовой боли в практике врача-гинеколога (алгоритмы диагностики лечения). Акушерство и гинекология. 2019; 12(Приложение): 24-30. [Teterina T.A., Apolikhina I.A. Chronic pelvic pain syndrome in the practice of a gynecologist (diagnostic and treatment algorithms). Obstetrics and Gynecology. 2019; (12 Suppl.): 24-30 (in Russian)]. https://dx.doi.org/10.18565/aig.2019.12suppl.24-30.
  36. As-Sanie S., Till S.R., Schrepf A.D., Griffith K.C., Tsodikov A., Missmer S.A. et al. Incidence and predictors of persistent pelvic pain following hysterectomy in women with chronic pelvic pain. Am. J. Obstet. Gynecol. 2021; 225(5): 568.e1-568.e11. https://dx.doi.org/10.1016/j.ajog.2021.08.038.
  37. Jarrell J.F., Vilos G.A., Allaire C., Burgess S., Fortin C., Gerwin R. et al. Consensus guidelines for the management of chronic pelvic pain. J. Obstet. Gynaecol. Can. 2005; 27(8): 781-826. https://dx.doi.org/10.1016/s1701-2163(16)30732-0.
  38. Akour A., Kasabri V., Afifi F.U., Bulatova N. The use of medicinal herbs in gynecological and pregnancy-related disorders by Jordanian women: a review of folkloric practice vs. evidence-based pharmacology. Pharm. Biol. 2016; 54(9): 1901-18. https://dx.doi.org/10.3109/13880209.2015.1113994.
  39. Abbott J.A., Jarvis S.K., Lyons S.D., Thomson A., Vancaille T.G. Botulinum toxin type A for chronic pain and pelvic floor spasm in women: a randomized controlled trial. Obstet. Gynecol. 2006; 108(4): 915-23. https://dx.doi.org/10.1097/01.AOG.0000237100.29870.cc.
  40. Adelowo A., Hacker M.R., Shapiro A., Modest A.M., Elkadry E. Botulinum toxin type A (BOTOX) for refractory myofascial pelvic pain. Female Pelvic Med. Reconstr. Surg. 2013; 19(5): 288-92. https://dx.doi.org/10.1097/SPV.0b013e3182989fd8.
  41. Thomson A.J., Jarvis S.K., Lenart M., Abbott J.A., Vancaillie T.G. The use of botulinum toxin type A (Botox) as treatment for intractable chronic pelvic pain associated with spasm of the levator ani muscles. BJOG. 2005; 112(2): 247-9. https://dx.doi.org/10.1111/j.1471-0528.2004.00315.x.

Received 07.12.2023

Accepted 07.03.2024

About the Authors

Anastasia V. Sokolova, MD, obstetrician-gynecologist, V.I. Kulakov National Medical Research Center for Obstetrics, Gynecology and Perinatology,
Ministry of Health of Russia, 4, Oparina str., Moscow, 117997, Russia, +7(915)455-31-32, stasia0590@mail.ru
Kseniia A. Ushakova, student, Pirogov Russian National Research Medical University, Ministry of Health of Russia, 1, Ostrovityanova str., Moscow,
117997, Russia, +7(925)379-33-03, x.ushakova1468@bk.ru
Inna A. Apolikhina, Dr. Med. Sci., Professor, Head of the Department of Aesthetic Gynecology and Rehabilitation, V.I. Kulakov National Medical Research Center of Obstetrics, Gynecology, and Perinatology, Ministry of Health of Russia; Professor at the Department of Obstetrics, Gynecology, Perinatology, and Reproductology,
Institute of Professional Education, I.M. Sechenov First Moscow State Medical University, Ministry of Health of Russia, +7(495)735-10-55, apolikhina@inbox.ru,
https://orcid.org/0000-0002-4581-6295, 117997, Russia, Moscow, Ac. Oparina str., 4.

Similar Articles